article image

Интервью Натальи Никоноровой для РИА Новости

- Как представители Киева отреагировали на смену представителя ДНР в контактной группе и политической подгруппе?

- Острой реакции не было. Я давно участвую в Минском процессе, представляла Республику в подгруппе по политическим вопросам. Мы и раньше встречались на Минской площадке с представителями Украины и ОБСЕ, российскими посредниками. Наталья Сергеевна (Михайлова – новый представитель ДНР в политической подгруппе – ред.) стала новым представителем Республики в политической группе. Говоря о первом после новых назначений заседании, конечно, нужно сказать, что была довольно напряженная атмосфера. Мы же понимаем, что украинская сторона использует любой повод, любое изменение для того, чтобы еще больше затянуть переговорный процесс и не разговаривать по сути вопроса. Тем не менее, заседание контактной группы и рабочих групп состоялось. Будем дальше работать.

- Будет ли Киев в дальнейшем использовать смену представителей ДНР в контактной группе и политической подгруппе для затягивания переговорного процесса?

- Конечно будут. Это тактика и стратегия украинской стороны на Минских переговорах. Всех почему-то интересует реакция украинской стороны на те или иные события, но тут неправильный подход к вопросу, не с той стороны. Нас не реакция украинской стороны должна интересовать, а то, намеревается ли украинская сторона выполнять Минские соглашения. Есть четкая позиция Республик, которая основывается на подписанных документах. Есть позиция Украины, представители которой говорят: «Мы выполнили уже все по Комплексу мер». Хотя по факту ничего не действует, не подписано, не принято, а если принято, то не работает. В таком ключе действует украинская сторона. Поэтому нас гораздо больше интересует то, как отстоять интересы Республики и такое движение событий, при котором Украина будет выполнять свои обязательства.

- Как представитель ДНР в контактной группе, какие вопросы считаете первостепенными для решения в рамках Минского процесса?

- Основные, основополагающие вопросы для реализации мирных договоренностей – это политические. Чтобы реализовать в целом Комплекс мер, необходимо прежде всего реализовывать политические вопросы – принятие нормального, полноценного закона об особом статусе Донбасса, а именно изменений в данный закон, которые бы позволили его запустить полноценно. Это проведение децентрализации, то есть внесение соответствующих изменений в Конституцию Украины, согласованные с Республиками. Это также подразумевает согласование процедур по амнистии и недопущению преследования лиц-участников событий в Донбассе. От этого зависит и отталкивается все. И последним этапом – согласование модальностей проведения местных выборов как финальная точка для начала процедуры передачи границы и дальнейшего политического урегулирования. Не выполнив этих политических аспектов, все остальные вопросы носят точечный, временный характер. Именно поэтому политические вопросы находятся на абсолютной паузе. Группа, где сложнее всего работать, где фактически невозможно достигнуть компромисса – это группа по политике. Именно там украинская сторона прикладывает все усилия, чтобы максимально замедлить процесс. Остальные группы работают более активно, продуктивно, потому что эти вопросы не меняют ситуацию глобально, это более тактические вопросы. Да, там есть определенные подвижки, результаты. Это вопросы гуманитарные, то есть крупный обмен удерживаемых лиц, который произошел в конце 2017 года, ведется достаточно активная работа по пропавшим без вести. Имеются неплохие результаты в группе по экономическим вопросам. Отдельно хотелось бы отметить ремонт Южно-Донбасского водопровода, который стал возможен благодаря работе экономической подгруппы. И сейчас идет активная работа, в частности по согласованию с украинской стороной выплаты пенсий для жителей Республик. Мы надеемся, что в скором будущем мы увидим результаты. Группа по безопасности – самая важная группа на сегодняшний день. С момента подписания соглашений она работала активнее всех, у них больше всего подписанных документов, рамочных соглашений, дополнений, поскольку в первую очередь нам необходимо обеспечивать безопасность нашим жителям. Это договоренности и о разведении сил и средств, и о разминировании и прекращении огня.

- 11 октября истекает срок действия закона об особом статусе Донбасса. Президент Украины внес в Раду предложение продлить его действие до конца 2019 года. Поддержит ли его парламент и чем грозит отказ продлять действие закона о статусе Донбасса?

- Мы говорим «продление закона» лишь условно. На самом деле – это формальное продление действия первой статьи (предусматривает введение особого порядка местного самоуправления в неподконтрольных Киеву районах – ред.). Важно не само по себе это продление, оно важно как сигнал от Украины о готовности продолжать диалог. При истечении срока действия первой статьи, у нас исчезает поле для диалога, предмет, на основании которого могут обсуждаться все остальные темы. В случае не продления, это будет означать грубейшее нарушение Украиной мирных договоренностей. Дальше республики будут принимать решение, исходя из ситуации. У нас есть Глава Республики, который формирует внешнюю политику, а мы будем ее реализовывать. Повторюсь, непродление действия закона об особом статусе со стороны Украины означает срыв Минских соглашений.

- Почему до сих пор нет подвижек в принятии закона об особом статусе или хотя бы согласовании механизма его предоставления? Что означает для Киева принятие такого закона?

- Киев не хочет согласовывать ни один политический вопрос именно с представителями Республик, не признавая тот факт, что на территории Украины возник немеждународный вооруженный конфликт. Со всех сторон Киеву невыгодно разговаривать со второй стороной конфликта - Донбассом . В Киеве пытаются представить все, что происходит, как конфликт с Россией, как агрессию РФ, как наличие мифических российских войск на нашей территории. Понятно, для чего это делается, есть определенные в этом выгоды, в том числе и для президента Порошенко, и для представителей, выступающих на международных площадках. Они используют конфликт в своих интересах для получения финансовых либо политических выгод, в том числе, чтобы Украина оставалась в повестке дня на международной арене. Поэтому сейчас согласовать что-либо в Минске означает для Украины признать, что у них внутренний конфликт. Именно поэтому они отказывают в правосубъектности представителям Республик на переговорах, поэтому этот вопрос такой сложный, какие-либо решений принимаются так медленно со стороны Киева. Представители Украины придумывают формальные отговорки, пытаются внести в повестку дня посторонние вопросы, не входящие в компетенцию ни политической, ни даже контактной группы.

- При условии конструктивного диалога в Минске, сколько времени необходимо для реализации Комплекса мер?

- Сложно сказать. Но при наличии соответствующей воли, украинская сторона принимает решения очень быстро. Даже не при наличии воли, а при наличии давления, потому что на сегодняшний день Украина сама не является полноправным субъектом правоотношений, а скорее объектом давления со стороны мирового сообщества. Как только давление происходит, то украинский парламент принимает законы в течение 10 дней, как было, например, с законом об особом статусе. То есть, 5 сентября 2014 года были подписаны соответствующие документы, 16 – был принят в целом закон об особом статусе и буквально сразу он был отправлен на подпись президенту. При наличии такого же давления, все остальные вопросы могут быть приняты в таком же срочном порядке. Просто с течением времени Украина принимает все больше и больше законов, подзаконных актов, норм, регулирующих отношения именно с жителями Республик, и этот массив становится все больше и запутаннее. Придется всерьез наводить порядок в украинской нормативной базе, чтобы реализовать Комплекс мер. Но как только Киев почувствует, что выхода нет, необходимо реализовывать Комплекс мер, иначе они окажутся в полной изоляции со стороны международной общественности, соответствующие решения будут приняты очень быстро.

- Выборы главы и парламента ДНР назначены на 11 ноября. Представители ЕС, ОБСЕ уже заявили, что это идет вразрез Минским соглашениям. Может ли проведение выборов в Республиках отразится на мирном урегулировании, не обвинят ли Республики в срыве минских соглашений?

- Украинская сторона будет использовать любую возможность, чтобы обвинить Республики в чем-либо. Но тут нет никакой физической возможности сослаться на какую-либо норму в подписанных соглашениях, чтобы напрямую сказать: «Вот, смотрите, написано, что эти выборы запрещены». Нет такой нормы. В Комплексе мер пописаны лишь местные выборы и необходимость согласовывать модальность именно местных выборов между двумя сторонами конфликта. Выборы, которые объявлены на сегодняшний день – это выборы Главы и парламента. Украинская сторона сейчас в интересном положении. С одной стороны, они говорят, что они не признают Республики, они не знают таких государств, однако они обращают внимание на выборы Глав и парламентов Республик. Тогда, если они обвиняют нас в нарушении мирных договоренностей, обращая внимание на выборы Глав и парламентов Республик, то они де-факто признают Республики. Поэтому украинская сторона осторожничает. Да, они пытаются сказать, что эти действия нарушают Минские соглашения, но при этом они понимают, что если во весь голос заявлять об этом, получается, что они признают Республики и ведут с нами диалог.

- Кого планируете пригласить в качестве иностранных наблюдателей на выборы 11 ноября?

- Приглашение иностранных наблюдателей занимается Центральная избирательная комиссия. Конечно, у нас есть уже определенные заявки и предложения для ЦИКа, потому что мы сотрудничаем с общественными, политическими деятелями Европы, в том числе, естественно, с нашими официальными партнерами – Южной Осетией, Абхазией, регионами РФ, которые уже направляли соответствующие запросы, письма с предложением участия в качестве международных наблюдателей. Вся эта информация будет передана в ЦИК, представители которого будут направлять соответствующие приглашения.

- Представители каких стран уже изъявили желание участвовать в качестве наблюдателей на предстоящих выборах?

- Очень активно интересуются представители ФРГ, уже есть предложение об участии из Франции, представители Италии также хотят направить заявки для участия. Собственно, в тех государствах, где открыты Представительские центры, очень активно проявляют интерес к избирательному процессу представители общественности, научных кругов, политические деятели.

- А планируете ли направить приглашение БДИПЧ (бюро по демократическим институтам и правам человека – ред.) ОБСЕ?

- Решение об этом будет принимать Центральная избирательная комиссия. БДИПЧ ОБСЕ – это, естественно, очень серьезная организация по наблюдению за выборами. Именно поэтому в тех пунктах о модальностях местных выборов, которые прописаны в Комплексе мер, есть указание на то, что местные выборы должны проходить под наблюдениям и по правилам БДИПЧ ОБСЕ. Мы понимаем, что имеются основополагающие документы, которым должен соответствовать любой избирательный процесс, есть принципы, которые установлены международным сообществом. Мы, конечно, постарались избирательный процесс в Республиках организовать в полном соответствии с этими принципами.

- Если бы представители Украины изъявили желание участвовать в качестве наблюдателей на предстоящих выборах, они смогли бы это сделать?

- Республика является правовым государством и следует прежде всего по пути соблюдения тех норм, которые установлены на уровне законов и подзаконных актов. Если те наблюдатели, любые, которые изъявляют желание участвовать в выборах в качестве международных или иностранных наблюдателей, соответствуют критериям, установленным в законе о выборах, в актах ЦИК, Совета Министров, если они вовремя подали соответствующие заявки, эти заявки правильно оформлены, думаю, что будет принято соответствующее решение об их допуске. Мы идем по правовому пути и этим качественно отличаемся от Украины, где царит беззаконие и хаос.

- В рамках контактной группы было предложено провести международное расследование убийства Главы ДНР Александра Захарченко. Когда можно ожидать этих результатов?

- Как такового международного расследования пока не ведется. Была такая инициатива с российской стороны, мы поддержали ее, поскольку заинтересованы в том, чтобы как можно больше представителей мирового сообщества присоединились к расследованию этого убийства. Мы обращались к российской стороне за помощью в вопросе присутствия и работы здесь специалистов определенной направленности, у нас таких специалистов, к сожалению, нет. Но пока ответа с украинской стороны по участию в международном расследовании нет. От ОБСЕ мы еще ожидаем ответ. Наше внутреннее расследование идет и уже есть первые результаты. Мы будем представлять их в том числе и на контактной группе, а также направлять соответствующую информацию в Нормандский формат. Со стороны ОБСЕ была осторожная реакция в плане предложения организовать некий контроль над этим расследованием на уровне контактной группы, но официальных ответов по этому вопросу нет.

- Климкин назвал Минские соглашения по большей части профанацией. Как вы можете это прокомментировать?

- Если глава внешнеполитического ведомства называет работу, которую осуществляют официальные представители от Украины, профанацией, собственно это и есть отношение к процессу и своим делегатам со стороны официального Киева. С другой стороны, можем согласиться с тем, что в частности по политическим вопросам – работа украинской стороны и является профанацией. Только так можно назвать деятельность представителей Украины в группе по политике, они заняты только имитацией процесса переговоров. Видимо, Климкин просто назвал своими именами то, какие инструкции даются делегатам Украины для участия в Минском переговорном процессе: «Занимайтесь профанацией». Наша задача – добиться того, чтобы работа в Минске не была профанацией, чтобы украинские переговорщики принимали самое полное и добросовестное участие в процессе мирного урегулирования по всем пунктам Комплекса мер.